Жизнь внизу

Михаил Жванецкий



Посвящается Наполеону, Карцеву, Сташкевичу, Рудинштейну, Мессереру.

Жизнь человеческая проходит на разных уровнях. Высокие проводят ее наверху, маленькие внизу.
Переживать нечего.
Там внизу жизнь по-своему интересна.
Нам видны подробности.
Лужа для нас — море.
Камешек — холм.

Нас окружают мелочи и мир нам кажется огромным.
Нас отличает пристальное внимание не к человеку в целом, а к каждой его части в отдельности.
Мы ни на кого не смотрим сверху вниз. Просто не в состоянии.
Нашего никогда не назначат министром, не выберут президентом.
Поэтому мы не несем ответственности за происходящее.
Но мы умны и молчаливы.
Мы пробиваемся сами.
Но уж если пробьемся – Наполеон, как минимум! Чаплин, как минимум. И этот минимум вполне велик.
Конечно, прыжки в высоту и длину не наше дело. Но мир, к счастью, бесконечен.
Мы уходим вглубь.
Да, кот для нас крупное животное. И мы дружим с ним.
На собаку мы идем впятером.

Но кто из вас имеет возможность до старости одеваться в “Детском мире”.
До 16 лет спать в детской кроватке.
В 40 лет с трудом прорываться на фильм для взрослых.
Наши отношения с женщинами складываются прекрасно, если они складываются.
Женщин, которые не складываются, мы бросаем.
Это потрясающее, хотя и маленькое, но исключительно долговечное удовольствие со своим маленьким экстазом, легко нащупываемым у нашего любимого. Тем не менее мы очень подвижны и бегучи.
Только любовью можно задержать и прикрепить нас к себе.
Заметьте, на ласку мы откликаемся не сразу.
Мы обидчивы и осторожны.
Да погладить нас непросто, а поцеловать целая проблема. Зато потом…
Никто не будет вам таким верным другом. Найдите нашу руку и не выпускайте ее. Мы маленькие, но верные друзья.
Мы маленькие пожарники.
Мы маленькие спасатели.
И хоть нашей струйки не хватает, чтоб потушить большой огонь, действуем мы крайне самоотверженно и нашего защитника, вцепившегося в пятку огромного рэкетира, сбросить почти невозможно.
А пятеро наших преследуют бандита до забора и какое-то время после него.
Мы экономны и неприхотливы, нам достаточно маленькой рюмочки и кусочка рыбки, чтоб почувствовать полное блаженство.
Наклоняйтесь к нам.

Попразднуйте с нами.
Поверьте, жизнь внизу так же интересна и увлекательна. Поговорите с нами.
И лечить нас легко.
Перед специалистом распростерта вся личность сразу. Поневоле приходится лечить не болезнь, а больного, как и сказано во всех учебниках.
Есть у нас и проблемы.
Обычное такси для нас великовато.

Управлять большой импортной машиной, как и большой женщиной, очень неудобно, приходится ползать от педалей к рулю, пропуская показания приборов.
Мы также рады, что перевелись орлы. Они любили выхватывать нашего из общего потока. В последующей борьбе наш все равно побеждал, но самостоятельно спуститься с горы не мог и жил уже там. скрываясь в траве от хищных птиц.
Наши комиссары в гражданскую пробовали бежать впереди, их затаптывали свои и маузер.
Самое страшное — собственный маузер. На бегу он так подбивал сзади, что выбрасывал комиссара далеко вперед. Часто в расположение противника.

В то же время наши комиссары с появлением микрофонов и театральных биноклей могли повести за собой массы.
К сожалению, наш горизонт ближе на треть, но нам видны мелочи. Из которых и состоит жизнь.
Эй! Под мои знамена, малыши! Все зависит от нас. Мы и суть, мы и украшение этой сути.
Ничего. Смерти нужно будет здорово потрудиться, чтоб найти нас.
Вперед, крошки! Мы можем быть песком, а можем быть и смазкой в колесе истории.
Они еще не знают, почему оно буксует.
До них до-л-го доходит.
Берегите себя. Каждый из вас образец ювелирного искусства. Не робейте, ведите свой маленький образ жизни.
Маяк внизу разглядеть трудно, зато он светит там, где истина.
Пусть поднимают ноги, если хотят познать ее.