Он – наше чудо

Михаил Жванецкий



Он – наше чудо. Он – наша гордость. При виде женщины встает, дает ей стул, пальто. Не спит на собрании. После доклада о международном положении и происках реакции ему стало плохо. Остальные, окружив, долго смотрели на него и, даже проводив “скорую”, не могли разойтись. Так это на всех подействовало. Через него сам начинаешь чувствовать. Ему скажут: “Не волнуйтесь, мы этот вопрос решим через неделю”.
Он верит. Запоминает, приходит через неделю. И спрашивает: “Ну как?” Что – как?.. Все забыли о чем это он. Ах, об этом… Через него чувствуешь. Мы им просто гордимся. Он ведь, вобщем, вреда никакого не приносит, но удовольствия масса. Видит: “Посторонним вход воспрещен” – не затолкнешь. Все туда рекой текут, что-то выносят оттуда, он – ни с места. Такая канареечка. Все-таки под сорок и такое чудо маленькое.
А если по знакомству что-нибудь, то вообще не дай бог. Некоторые видят, как он живет, как одет, – пожалеют. Иди, мол, туда, я там договорился. Не идет. Серьезно.
К нам толпами валят, спрашивают: Где он. Мы говорим, вон он, у окна. Он работает, на него стоят смотрят. Одна чертежница жевала и смотрела на него полдня. Он же отказывается стричься, лечиться, дома все механизмы не действуют. Гонят его – иди стригись, лечись, чини – не идет. Не может в рабочее время. А в нерабочее время те же тоже не работают. При всем при том поговори с ним – ничего такого не почувствуешь. Никаких закидонов, как вы, как я… То есть, видимо, что-то есть, но внешнее… Все ко мне бегают – я с ним рядом сижу. Я говорю: “Что вы бегаете? Он действительно такой. Не надо его раздражать”.
Кстати, он холостяк. Мы его уже знакомили. Он симпатичный, если бы не одежда. Он же все в магазинах… Еще в начале месяца, чтобы без очередей. Ну и выглядит, как из допра. Все на нем “скороход”, “красный богатырь”, “кемеровский комбинат”. Но если эту керзу и дерюгу содрать, он там симпатичный.
Знакомили, знакомили. Ну, конечно, эти женщины не довольны были. Даже пожилые, которым вообще терять нечего: Стихи читает, книжки дарит, чай пьет – идиот, в общем. Нам тоже крыть нечем – у них факты. Мы говорим: “Ну, он такой. Принимайте его таким”. – “Это что ж, он на зарплату жить будет?” – “Будет. Он же не прикидывается. Он действительно такой. Это же он как-то сказал: “Давайте напишем, пусть этого продавца заменят другим, иначе будет”.
Честное слово, душой возле него отдыхаешь. Намотаешься где-нибудь, налаешься, наобещает тебе кто-то золотые горы, а сам вообще не явился приходишь к нему: “Расскажи, как ты себе представляешь… Вот, вообще… Как бы ты хотел?.. А какие должны быть отношения?”
Он говорит, а ты сидишь, думаешь о чем-то. Как на берегу моря… Мы его очень бережем. Говорят, где-то девочка появилась под архонгульском. Такая же. Если их познакомить, окружить плотно, накрыть чем-нибудь сверху, интересная порода людей может пойти.