Месть

Даниил Хармс



ПИСАТЕЛИ. Мы руки сложили,
закрыли глаза,
мы воздух глотаем,
над нами гроза,
и птица орел,
и животное лев,
и волны морёл…
Мы стоим, обомлев.
АПОСТОЛЫ. Воистину, бе –
начало богов,
но мне и тебе
не уйти от оков.
Скажите, писатели:
эф или ка?
ПИСАТЕЛИ. Небесная мудрость
от нас далека.
АПОСТОЛЫ. Ласки век,
маски рек,
баски бег,
человек.
Это ров,
это мров,
это нров
наших пастбищ и коров.
Это лынь,
это млынь,
это клынь,
это полынь.

ПИСАТЕЛИ. Посмотрите, посмотрите, –
поле светлое лежит.
Посмотрите, посмотрите, –
дева по полю бежит.
Посмотрите, посмотрите, –
дева, ангел и змея!
АПОСТОЛЫ. Огонь,
воздух,
вода,
земля.
ФАУСТ. А вот и я.
ПИСАТЕЛИ. Мы, не медля, отступаем,
отступаем. Наши дамы
отступают. И мы сами отступаем,
но не ведаем, куда мы…
ФАУСТ. Какая пошлость!
Вот в поле дева.
Пойду к ней.
Она влево.
Дева, стой!
Она вправо.
Ну какая она глупая, право!
ПИСАТЕЛИ. А вы деву поманите, –
погоди-ка, погоди-ка.
Кого надо – прогоните, –
уходи-ка, уходи-ка!
ФАУСТ. Мне свыше власть дана:
я сил небесных витязь.
А вы, писатели,
растворитесь!
ПИСАТЕЛИ. Мы боимся, мы трясемся,
мы трясемся, мы несемся,
мы несемся и трясемся,
но вдруг ошибемся?
ФАУСТ. Я, поглядев на вас, нахмурил брови,
и вы почуяли мое кипенье крови.
Смотрите, сукины писатели,
не пришлось бы вам плясать ли
к раскаленной плите!
МАРГАРИТА. Над высокими домами,
между звезд и между трав,
ходят ангелы над нами,
морды сонные задрав.
Выше, стройны и велики,
воскресая из воды,
лишь архангелы – владыки
садят Божии сады.
Там, у Божьего причала
(их понять не в силах мы)
бродят светлые Начала,
бестелесны и немы.
АПОСТОЛЫ. Выше спут Господни Власти,
выше спут Господни Силы,
выше спут одни Господства…
Радуйтеся, православные
языка люди
и звонари гор!
Хепи дадим дуб Власти,
хепи камень подарим Сим,
хепи Господству поднесем время
и ласковое дерево – родным тю.
БОГ. Куф. Куф. Куф.
Престол гелинеф.
Херуф небо и земля.
Сараф славы твоея.
ФАУСТ. Я стою
вдали, вблизи,
лоб в огне,
живот в грязи.
Летом жир,
зимою хлод.
Льется время,
лепит Арон,
стонут братья
с трех сторон.
Летом жир,
зимою хлод,
в полдень чирки.
Кур. Кир. Кар.
Вон любовь
бежит, груба,
ходит бровь,
дрожит губа.
Летом жир,
зимою хлод,
в полдень чирки.
Кур. Кир. Кар.
Я пропал
среди наук.
Я – комар,
а ты – паук.
Летом жир,
зимою хлод,
в полдень чирки.
Кур. Кир. Кар.
Дайте ж нам
голов кору,
ноги суньте
нам в нору.
Летом жир,
зимою хлод,
в полдень чирки.
Кур. Кир. Кар.
Маргаритов
слышен бег,
стройных гор
и гибких рек.
Летом жир,
зимою хлод,
в полдень чирки.
Кур. Кир. Кар.
АПОСТОЛЫ. Мы подъемлем брань веков,
ландыш битвы, рать быков.
ФАУСТ. Рюмку, старую подругу
нашей молодости, вдруг
я пущу гулять по кругу,
обойти тринадцать рук.
Пусть ко мне вернется, дура,
в белых перьях и верхом