Из “Записных книжек”

Марк Твен



Не упускайте случая сделать добро – если это не грозит вам большим ущербом. Не упускайте случая выпить – ни при каких обстоятельствах.

Старик сказал: “Когда я размышляю об окружающих меня страданиях, которые разрывают мне сердце, когда я вспоминаю, что это всего только капля в океане, в необъятной Атлантике горя, на которую каждодневно взирает Бог, я негодую на легкомысленных людей, которые славят Бога и не думают о том, что его нужно жалеть”.

Ничего нет смешнее, чем богоматерь или медный апостол, посаженные на каждом из великих памятников древнего языческого Рима.

Я думаю, что все мы микроскопические трихины в крови какого-то гигантского существа и что Бог заботится о благополучии этого существа, а не о нас.

Ни одно божество, ни одна религия не выдержит насмешки. Церковь, аристократия, монархия, живущие надувательством, встретившись с насмешкой лицом к лицу, – умирают.

Логика коров и христиан. Я имею в виду доказательство истинности религии – логическое упражнение, которое христиане наряду с коровами рассматривают как мыслительный процесс.

В первое же воскресенье пошел в церковь, а во вторник получил счет на двенадцать марок на поддержание церкви. Хватит. Не могу себе позволить исповедание религии за такую цену. Здесь спасение души – для богатых.

Воскресенье в Австралии строго соблюдается. Даже нет воскресного выпуска газет. Говорят, церковь боится, что не выдержит соперничества с газетами.

Как часто люди, которые сами не умеют толком соврать, берутся рассуждать, где ложь и где правда.

Когда вспоминаешь, что все мы сумасшедшие, странное в жизни исчезает и все становится на свои места.

“Правда всесильна, и она побеждает”. Возразить нечего, кроме того, что это не соответствует действительности.

Правда – величайшая драгоценность, нужно ее экономить.

Некоторые утверждают, что между человеком и ослом нет разницы; это несправедливо по отношению к ослу.

Человек был создан в последний день творения, когда Бог уже утомился.

Когда читаешь Библию, больше удивляешься неосведомленности Бога, нежели его всеведению.

Если бы человека создал человек, он устыдился бы плодов своего труда.

Бог свиреп в Ветхом Завете и обаятелен в Новом – доктор Джекиль и мистер Хайд священного романа.

Бог представляет насилие (он хитер, ненадежен, злобен)

Если бы мне поручили сотворить Бога, я наделил бы его некоторыми чертами характера и навыками, которых не хватает нынешнему (библейскому) Богу.

Он не стал бы выпрашивать у человека похвал и лести и был бы достаточно великодушен, чтобы не требовать их силой. Он должен был бы уважать себя не меньше, чем всякий порядочный человек. Он не был бы купцом, торгашом. Он не скупал бы льстивые похвалы. Он не выставлял бы на продажу земные радости и вечное блаженство, не торговал бы этим товаром в обмен на молитвы. Я внушил бы ему чувство собственного достоинства, свойственное порядочному человеку.

Он ценил бы лишь такую любовь к себе, которая рождается сама собою в ответ на добро, и пренебрегал бы той, которою по договоренности платят за благодеяния.

Искреннее раскаяние в совершенном грехе погашало бы грех навсегда, и от человека, раскаявшегося в глубине души, никто не жаждал бы и не требовал словесных просьб о прощении.

В его Библии не было бы понятия греха. Он признал бы себя автором и изобретателем греха, а равно автором и изобретателем путей и способов к совершению греха. Он возложил бы всю тяжесть ответственности за совершаемые грехи на того, кто повинен в них, признал бы себя главным и единственным грешником. Он не был бы завистлив и мелочен. Даже люди презирают в себе эту черту.

Он не был бы хвастлив.

Он скрывал бы, что восторгается самим собою. Он понял бы, что хвалить себя при занимаемом им положении дурно. Он не испытывал бы мстительных чувств; тогда он не произносил бы мстительных речей.

Не было бы никакого ада, – не считая того, в котором мы живем от колыбели до могилы.

Не было бы никакого рая, – во всяком случае того, который описан в библиях всех религий.

Он посвятил бы долю своей вечности на раздумье о том, почему он создал человека несчастным, когда мог, тем же усилием, сделать его счастливым. В остающееся время он пополнял бы свои сведения по астрономии.